Обладательнице парфюма свойственны черты княгини Марии Николаевны - изящная, свежая и прекрасная, с тонкой душой, в то же время с невероятной силой воли, упорная и даже властная, как и удивительный цветок, выточенный из мрамора.
Красота княгини подобна едва раскрывшейся белой розе на рассвете, на бутоне которой еще не высохли капли утренней росы, её звонкий смех слышен в нотах бергамота, апельсина и зелёного сочного яблока, её стройность и строгость вырастает аккордами кипариса.
Сердце её благоухает юными ландышами, геранью, флердоранжем, яркой туберозой и нежностью жасмина, теплотой и сладостью малины и иланг-иланга, загадочным корнем ириса.
Интенсивный шлейф настолько многогранен, что переливается всеми своими оттенками постепенно, как подол белого платья княгини спускается за ней по царской лестнице ступенька за ступенькой: ноты тёплой белой кожи, мягкого мускуса и душевной ванильной амбры сплетаются с контрастными нотами пачули и гелиотропа, белого кедра и сандала.
Красота княгини подобна едва раскрывшейся белой розе на рассвете, на бутоне которой еще не высохли капли утренней росы, её звонкий смех слышен в нотах бергамота, апельсина и зелёного сочного яблока, её стройность и строгость вырастает аккордами кипариса.
Сердце её благоухает юными ландышами, геранью, флердоранжем, яркой туберозой и нежностью жасмина, теплотой и сладостью малины и иланг-иланга, загадочным корнем ириса.
Интенсивный шлейф настолько многогранен, что переливается всеми своими оттенками постепенно, как подол белого платья княгини спускается за ней по царской лестнице ступенька за ступенькой: ноты тёплой белой кожи, мягкого мускуса и душевной ванильной амбры сплетаются с контрастными нотами пачули и гелиотропа, белого кедра и сандала.